Новости


Что такое социальный театр?

| 1549

РГСУ впервые провел набор на курс «Социальные проекты в театре». Мастер курса — Руслан Маликов, режиссер «Практики» и Театра наций. «Афиша» рассказывает о том, каким бывает социальный театр и как он развивается в России

Больничная клоунада

Как это работает

В больничную палату заявляются веселые чудики и начинают дурачиться. Ребенок, готовящийся к операции, отвлекается от страхов и перестает воспринимать лечение как агрессию. Проходящие послеоперационную реабилитацию дети быстрее идут на поправку. Тем детям, кто переживает сложную психологическую ситуацию, становится легче преодолеть кризисный этап. Мировой практике больничной клоунады более тридцати лет. Клиники, медицинские центры и хосписы США, Австралии, Израиля, Франции, Италии и Голландии нередко приглашают больничных клоунов в штат. Приносить пользу такой работой могут только прошедшие специальное обучение актеры, педагоги и психологи.

Пример

В России в этом направлении действуют по крайней мере две значительные команды: некоммерческая организация «Больничные клоуны» под руководством Константина Седова, первого здешнего профессионала игротерапии, и благотворительный фонд «Доктор Клоун», придуманный мхатовским артистом Максимом Матвеевым. И если набирающий обороты «Доктор Клоун» сконцентрировал усилия пока только на московских медицинских учреждениях, «Больничные клоуны» работают еще и в Петербурге, Казани, Орле и Ростове-на-Дону. Обе команды, перенимая международный опыт, самостоятельно готовят себе кадры — любой желающий может пройти специальное обучение. Однако к работе в итоге допускаются только лучшие.

Рецидивисты пишут пьесы

Как это работает

Два-три опытных драматурга приезжают в тюремную колонию, где устраивают что-то вроде многосерийного мастер-класса. В результате даже самые несговорчивые и суровые заключенные принимаются писать маленькие пьесы. Здесь к работе подключаются режиссеры. Кульминация — серия мини-спектаклей. Зэк, играющий персонажа, сочиненного другим зэком, волей-неволей социализируется, а когда он автор и видит свой текст в исполнении других людей, с ним случается некое гармоническое преобразование. После выхода из тюрьмы люди, прошедшие подобный опыт, имеют больше шансов встроиться в общество. Техника разработана шотландским театром Traverse в середине 1990-х, называется она класс-акт. Идейный лидер такого рода социального театра — Никола МакКартни, благодаря ее подвижничеству класс-акт добрался и до России.

Пример

Чаще других по российским колониям колесят драматурги Вячеслав Дурненков и Мария Зелинская. В ростовской колонии после их визита заключенные даже образовали театр и поставили «Короля Лира». Тюремные выезды «Театр.doc» тоже не прошли бесследно; вернувшаяся на свободу артистка Марина Клещева приехала в театр, где уже играет феерические моноспектакли, а в довесок теперь еще и снимается в новом фильме Кирилла Серебренникова.

Театр в детском доме

Как это работает

Театральные внедрения в детские дома похожи на подобную работу с тюремными колониями. Это тоже класс-акт: под руководством именитых драматургов дети сочиняют пьесы, в которых подспудно, в иносказательной форме, рассказывают о главном. И потом смотрят, как другие детдомовцы играют в спектакле, поставленном известными режиссерами по их пьесам. Известность и опытность драматургов и режиссеров — обязательный фактор; так дети понимают, что происходит нечто действительно важное, крепнет их самооценка. В этих условиях могут устраиваться благотворные знакомства разных детских домов, детей разных социальных слоев, национальностей, с разными особенностями здоровья.

Пример

Помимо детдомовских класс-актов, устраиваемых обычно командой «Театр.doc», случаются и несколько более стихийные опыты в этом направлении. В октябре в филиале Театра им. Пушкина прошел фестиваль «Я не один» — пять спектаклей, поставленных молодыми режиссерами (Женя Беркович, Юрий Титов, Константин Кожевников, Егор Атаманцев) с воспитанниками детдомов Москвы и Подмосковья. Придумали и организовали это благотворительные фонды «Жизнь в движении» и «Артист»совместно с волонтерским движением «Подари себя». В основном спектакли строились на нетривиальных приемах — вербатимы, пластические и вокальные этюды, актерские импровизации. Многие из участвовавших подростков теперь готовятся к поступлению в театральные институты (режиссеры им с этим помогают), а кто-то даже обзавелся родителями.

Театр для социально неадаптированных групп общества

Как это работает

Команда актеров наносит серию ни к чему не обязывающих визитов в дом престарелых. Старики получают общение, актеры — наблюдения, из которых потом может получиться спектакль. Те же актеры приезжают в наркологический реабилитационный центр, общаются, наблюдают — тот же эффект. В некоторых случаях применяется технология класс-акта, иногда в дома престарелых в качестве драматургов приводят проблемных подростков, что приводит к феноменальным результатам.

Пример

Героями театральных социальных проектов могут стать не только старики («Programma: время» Liquid Theatre) и бывшие наркозависимые («Бросить легко» Руслана Маликова), но и, например, безработные («501 Blues» Брюно Лажара) или мигранты («Акын-опера» Всеволода Лисовского).

Театр для людей с ограниченными возможностями

Как это работает

Если механизм театрального представления для слабослышащих более или менее очевиден (пантомима, язык жестов), то выступления для слепых — жанр несколько более многогранный. Спектакли такого типа работают над фантазией посредством всех прочих чувств: слуха, осязания и обоняния.

Пример

В спектакле Булгаковского дома «Вольке», придуманном для слепых и слабовидящих детей, когда речь идет о Рождестве, пахнет мандаринами и корицей, а когда воображаемый герой плывет по реке, зрителям на ладони падают капли воды. «Майская ночь» Московского театра кукол разыгрывается вокруг незрячей публики — актеры кричат издалека, щебечут по-птичьи, обмахивают зрителей опахалами и так далее. Между тем в новом документальном спектакле Руслана Маликова «Прикасаемые» наряду с профессиональными артистами участвуют люди, лишенные не только слуха, но и зрения.

Особый театр

Как это работает

Дети, подростки и взрослые с синдромом Дауна, аутизмом, ДЦП и другими осложняющими социальную жизнь диагнозами сочиняют и исполняют драматические спектакли, поют, танцуют и читают стихи. Авторы (педагоги, режиссеры, психологи) сценических опытов особых коллективов стремятся выдерживать баланс между требуемой зрителем художественности (костюм, свет, ритм, композиция) и необходимой участникам полезности (контакт, контроль, отдых). Прошедшие через театральную терапию люди как минимум становятся более общительными, а чаще всего, раскрыв в себе исполнительский потенциал, становятся артистами особых театров. В этом направлении есть и свои вдохновляющие звезды: английский актер и режиссер с синдромом ДЦП Роберт Софтли Гейлосновал собственный театр — «The Bird of Paradise».

Пример

Бывают специализированные репертуарные театры вроде «Открытого искусства» или Театра простодушных, где играют артисты с синдромом Дауна. Бывают исключительно детские театральные центры вроде петербургского «Упсала-цирка», где бывшие беспризорники занимаются творчеством бок о бок с детьми с ограниченными возможностями. Бывают интеграционные терапевтические центры, занятия которых часто превращаются в репетиции, а репетиции — в спектакли. А спектакли приносят потом «Золотую маску», как случилось с «Отдаленной близостью» интеграционного театра «Круг II» под предводительством Андрея Афонина. Одно из самых заметных явлений на территории особого театра — фестиваль«Протеатр»: раз в год в Москву приезжают особые коллективы со всей страны, проводятся всевозможные семинары, обмен опытом; здесь формируется соответствующее профессиональное сообщество. За его пределами тоже можно наблюдать интеграционную театральную активность — 14 декабря БДТ представит премьеру Бориса Павловича «Язык птиц», исследовательский проект, созданный совместно со студентами и педагогами центра помощи людям с аутизмом «Антон тут рядом».

www.vozduh.afisha.ru