Другие источники обогащения

Среди таких источников ведущее положение занимает так называемый «обязательный экземпляр».

По «информации от Министра», ГОПБ получает ежегодно не менее 100 000 обязательных экземпляров, что должно увеличить библиотечный фонд почти на 1,5 млн. книг. От такого изобилия даже вместительные хранилища ГОПБ затрещали бы по всем швам. Понятно, что это фантастика, но Министр, наверное, знает, о чем говорит и пишет. У него, напомним, свои «правила» и потому принимать их в расчет не следует.

По «информации от заместителя Министра», ГОПБ получает ежегодно около 10 000 обязательных экземпляров, что должно было увеличить фонд на 120 000 – 140 000 книг.

В «Справке по движению фонда ГОПБ» значится, что за период с 1993 по 2003 годы поступило 53 357 обязательных экземпляров. При этом не было ни одного года, когда бы ГОПБ, если верить данным И.Б. Цветковой, получала 10 000 обязательных экземпляров, как пишет об этом заместитель Министра. По И.Б. Цветковой, самый «урожайный» – 1999 год, когда обязательных экземпляров было 6 926. Это – абсолют- ный рекорд. В другие годы – не более 5 000 экз.

Между подсчетами заместителя Министра и директора Библиотеки есть разница примерно в 80 000 экземпляров. В КАМАЗах это – от 6 до 10 машин. Если грузить аккуратно, не спеша – то это – 6 КАМАЗов, если быстро-быстро – то 8–10.

Таким образом, при оценке библиотечного фонда ГОПБ правилами арифметики не пользуются. Все – «химичат».

Это и есть те «правила», по которым предлагается «играть»?

Еще один вопрос. Библиотека плохо финансировалась, но все же какая-то литература приобреталась. Что было приобретено и сколько?

Библиотеки не только пополняются. Книги – выбывают, происходит движение. Сколько наименований книг, журналов, газет и т.д. списано? Каких именно? По каким причинам? Где акты?

В «Справке по движению фонда ГОПБ за 1993 – 2003 годы», составленной, вероятно, как приложение к отчету, от руки заполнена таблица о количестве выбывших книг. Из справки узнаем, что наибольшее количествокниг выбыло в 1994 (4280 наименований) и в 1996 (5720 наименований) годах, наименьшее – в 1998 (156 наименований) и в 2000 (26 наименований) годах. И в этой же колонке находим любопытную запись: в 2002 году выбыло 11 180 книг, «не показанных на балансе». Откуда они, не поставленные на баланс, книги? Почему так много выбыло? Сколько их осталось?

Ответа нет ни на этот вопрос, ни на десятки других.

Какими фондами на самом деле располагает ГОПБ, не знает ни руководство Библиотеки, ни Министерство культуры.

Рано или поздно «игры» с фондами завершатся.

У любой игры есть финал. В брежневские времена, когда М.Е. Швыдкой был партийным лидером коммунистов журнала «Театр», бытовал такой анекдот.

- «Ты не знаешь, что такое торт «Леонид»? – спрашивал рядовой член партии у своего лидера.

- «Нет», – отвечал местный вождь. - «Это то же самое, что и «Наполеон», только без яиц и масла»,

– разъяснял рядовой.

- «А знаешь, где его едят»? – спрашивал находчивый вождь.

- «Нет».

- «В одиночках», – завершил беседу вожачок.

Наверное, какое-то время те «правила», по которым оцениваются библиотечные фонды ГОПБ, еще будут поражать своей безнаказанностью. Но то, что по ним не все готовы жить и действовать, одних огорчает, у других вызывает раздражение, третьим внушает оптимизм.

Отметим и еще одно обстоятельство. При постановке перечисленных вопросов особую нервозность в аппарате Роскультуры раньше проявлял Е.И. Кузьмин. Сейчас – его преемники и прямые начальники И.Б. Цветковой. И пока невозможно понять, почему они так нервничают. У них не все в порядке с арифметикой или с сохранностью фондов? Они в своих кабинетах сохранность фондов обеспечивают или, если пользоваться лексикой оппонентов, в сообществе «шариковых» «на шухере стоят»?